Мысли вслух о современном положении старообрядчества на фоне миссионерской активизации РПЦ МП

В какой стране мы живем?

За последние месяцы в электронных и других СМИ активно обсуждалась тема соединения в одну организацию зарубежной и Российской РПЦ. Сей факт свершился во многом благодаря политическому решению, о чем мало кто сомневается. Это событие породило некоторую волну эйфории в рядах РПЦ, многим захотелось еще с кем ни будь объединиться, а с подачи некоторых церковных политиканов такой целью обозначили старообрядцев.

За это время многие люди спрашивали у меня, а как мы, старообрядцы, относимся к делу воссоединения и каковы у нас перспективы в этом вопросе. Однако, а я думаю со мной многие согласятся, то, что произошло в РПЦ 17 мая – это внутреннее дело РПЦ МП и никакого отношения к старообрядчеству не имеет и тем более не ведет ни к каким последствиям.

Поверьте, у меня нет никакого желания полемизировать и тем более препираться с РПЦ, но возмущает та бесцеремонность и беспринципность с которой иногда действуют структуры РПЦ МП в отношении староверия.

В своих «миссионерских» целях РПЦ МП вполне открыто и не стесняясь использует государственные административные ресурсы (к сожалению для института светского гос-ва). Применяются все доступные средства давления, в том числе и такое массовое как СМИ, в которых представлено эфирное время и печатные места в основном представителям РПЦ. А где же другие? Или в вопросах конфессиональной политики у нашего государства нет места для свободы слова и непредвзятого отношения, хотя бы к представителям традиционных конфессий? Ведь конституцией страны, в которой провозглашен принцип отделения церкви от государства, подразумевается равноправие различных религиозных организаций. Или мы уже живем в другой стране?

Из СМИ идет постоянная, чаще скрытая пропаганда РПЦ, в том числе выражающаяся в представлении истории и культуры России с позиций никонианствующей РПЦ. Теперь «официальная», по другому и не назовешь, РПЦ активно внедряется в школы и армию, налицо стремление контролировать все сферы общественной жизни. Некоторые на это скажут, что РПЦ господствующая в стране конфессия, к которой причисляют себя (со всеми оговорками и натяжками) по крайней мере, около 70% населения. Но тогда не понятно куда подевались права других 30%, в том числе и старообрядцев, почему не слышно их голоса? Предположим если РПЦ МП имеет около 70 часов эфирного времени в месяц, то почему старообрядцы соответственно не имеют хотя бы 1-2 часов (ведь, по меньшей мере, старообрядцев насчитывается не менее 2% от населения). Да же за это малое время можно было бы рассказать об истории и культуре староверия, о современной жизни общин и сохранении традиционного уклада в условиях современного мира. Однако мы видим как старообрядчество оказалось вытесненным со многих сфер общественной и политической жизни в собственной стране. В то время, как к примеру в странах Балтии (в том числе и Эстонии) староверы имеют свой голос и к нему прислушиваются.

В связи с подписанием 17 мая соглашения между РПЦ МП и РПЦЗ митрополит Кирилл Гундяев позволил себе заявить, что вопрос воссоединения со старообрядчеством будет решен в ближайшее время, однако для любого трезвомыслящего старообрядца понятно, что это не соответствует действительности. К сожалению широкие массы населения, в том числе прихожане РПЦ и старообрядцы посредством СМИ сознательно вводятся в заблуждение. При этом сами представители старообрядчества не имеют возможности опровергнуть или хотя бы разъяснить в СМИ свою позицию по данным вопросам.

Создается впечатление, что некоторые деятели московской патриархии выдают желаемое за действительное, при этом плохо понимая ситуацию в старообрядчестве. Так скажем на Урале и в Сибири в среде старообрядцев всех согласий отношение к РПЦ крайне отрицательное, как к организации не живущей по Христовым заповедям и не следующей святоотеческому учению. Представители РПЦ никак не хотят понять, что старообрядчество никаким образом не относится к РПЦ и не является ее частью, не отколовшейся, не отделившейся или еще какой. Старообрядчество во всем своем многообразии является самостоятельным и самодостаточным движением, со своими символами, ценностями, учением. Это не значит, что старообрядцы не желают восоединения, но это говорит о ом, что воссоединение возможно при условии возвращения РПЦ к древлеправославной практике служения и присоединения ее к староверию, а не на оборот.

На этом фоне просто возмущает клеветническая статья Сысоева опубликованная в журнале «Русский Дом», в которой он повторяет старые и выдумывает новые мифы, пытаясь показать читателям деструктивность и порочность староверия. Вскоре после этой публикации Сысоев был награжден лично патриархом Алексием за успешную миссионерскую работу. Такие статьи не способствуют налаживанию добрососедских отношений, а скорее наоборот обнаруживают истинное лицо никонианского мисионерства.

Новое единоверие

Возможно понимая не реальность и утопичность своих замыслов, некоторые деятели РПЦ пытаются возродить политику единоверия (аналог униатства Римо-католиков по отношению к православию). Так в Москве уже создан Патриарший старообрядный центр во главе с одиозной личностью — бывшим старообрядцем, а ныне попом РПЦ МП Иваном Миролюбовым.

Деятельность такого центра может пойти по следующему сценарию: при вложении определенных финансовых средств может быть проведена «разъяснительная» работа среди шатающихся групп староверов, утерявших историческую и культурную связь с настоящим староверием и подвергшимся духовной деградации, примерно такие, как группа Клементьева в Минске. Собрав таким образом несколько «общин» — именно их (вошедших в РПЦ) объявят настоящим старообрядчеством и даже найдут, кто подпишет соглашение об объединении. Остальных же объявят сектантами и маргиналами. Но это все будет чистой воды профанация и введение общества в заблуждение.

А ведь современному обществу, в том числе политической элите и РПЦшным кругам, уже давно пора свыкнуться с тем, что у русского народа есть две национальные религиозные традиции — старообрядчество — как первоначальная и более древняя и новообрядчество — возникшее в 17 веке в ходе никоновской реформации и являющаяся модернизмом в русском православном христианстве.

Добавить комментарий