Часовенное согласие

Часовенное согласие
Краткий исторический обзор и современное положение

Часовенное согласие среди прочих старообрядческих согласий несмотря на свою многочисленность и наверное самую широкую географию расселения остается одним из самых малоизученных. К тому же наличие разнообразных идеологических течений, автономность общин и отсутствие централизованной структуры еще более запутывает исследователя.

На протяжении многих десятков и даже сотен лет, часовенное согласие среди старообрядцев было одним из самых многочисленных и распространялось от Поволжья, до самого Дальнего Востока. В 20-м веке старообрядцы-часовенные расселились еще шире и сейчас они проживают в таких странах как США, Бразилия, Аргентина, Уругвай, Боливия, Австралия и др., по возможности сохраняя веру отцов и свою традиционную культуру.
Часовенные известны под разными именами, такими как: Стариковщина, Николаевские безпоповцы, Кержаки (так как вышли из Керженских лесов), хотя кержаками на Урале и в Сибири называют старообрядцев всех согласий.
Исторически, часовенные сформировались как согласие на Урале в нач. 18 века, условно это сообщество можно назвать «Уральские старообрядцы», тем более, что такое наименование встречается в их среде. В то время они являлись беглопоповцами, то есть принимали из официальной церкви беглых попов, которые совершали у них все таинства и требы. Основу формирующегося согласия составили старообрядцы Сафонтиевцы, переселившиеся из Керженских лесов в нач. 18 века. В 1723 г. собравшиеся на Урале и в Сибири беглопоповцы провели Собор (Ирюмский), на котором произошло объединение многих местных толков в единое согласие. Собором было решено: «принимать никониан через проклятие ереси», то есть не крестить, так же не перекрещивали и представителей других старообрядческих согласий. Крещению подвергались только так называемые «обливанцы» — крещенные обливательно.
К сер. 18 века духовным центром часовенного согласия становится Невьянский завод, там в 1777 г. происходил один из главнейших Соборов, в котором участвовало ок. 550 представителей общин. На этом Соборе было принято решение во многом определившее всю дальнейшую историю часовенного согласия: «чтобы не раздирать церковь, разрешено всем желающим обходиться без священства, но не осуждать тех собратьев по вере, которые предпочитают пользоваться услугами архиереев. Вопрос о приеме священников остается на воле каждого». Таким образом в часовенном согласии была соборно закреплена одновременно поповская и безпоповская церковная традиция ведения службы. Причем в часовенном согласии строго соблюдалось условие при приеме от никониан без перекрещивания в случае сохранения преемственного крещения, когда не только переходящий в старообрядчество должен быть крещен погружательно, но и тот кто его крестил (и, или рукополагал), и так далее вся цепочка крещений (и, или рукоположений) до времен до-раскольных. Позже (в 20 в.) в большинстве часовенных общин по той же причине стали принимать никониан через крещение. Когда не осталось епископов имевших преемственное погружательное крещение, то прием беглых попов рукоположенных от епископов-обливанцев оказался не возможным. (Последний часовенный священник умер в 1833 г.). Убедившись в безблагодатности никонианского, священства, они перестали принимать беглых попов, а на Тюменском соборе 1840 г. это решение было официально утверждено. Позже было отвергнуто предложение и о приеме священников от Белокриницкого согласия (также как и от новозыбковцев), так как эти иерархии также происходили от Греко-Россиийской (никонианской) церкви. Таким образом в 19 веке часовенные имея беглопоповское происхождение фактически стали безпоповцами.
Активная церковно-общественная жизнь у часовенных проходила в нач. 20 в., когда созывались Всероссийские соборы под председательством братьев Мокровых, которые до революции 1917 г. издавали журнал «Уральский Старообрядец». По сути редакция журнала играла роль некоего объединительного культурного центра. Шел процесс организации всероссийского общественного центра согласия, однако начавшаяся революция прервала эти планы.

Староверы часовенные (стариковцы) распространены довольно широко и имеют места компактного проживания не только на обширных просторах Сибири и Дальнего Востока, но и в около 10 государствах мира, в основном на Американском континенте. Если же говорить об общей численности часовенных, не глядя на географию, то она окажется скромнее, чем многие думают. Кажущаяся численность часовенных навеяна историческими данными начала 20 в., а многие современные домыслы порождены недостатком информации. В настоящее время большие многочисленные общины сознательных часовенных имеются в республике Алтай, Алтайском и Красноярском краях, Кемеровской и Томской обл. а так же в Бразилии и Орегоне (США), в остальных местах даже при наличии компактного поселения численность не так уж и велика. Так, к примеру, на Дальнем Востоке (Хабаровский и Приморский края, Амурская обл.) всего около 20-25 общин, причем половина из них это 10-20 прихожан престарелого возраста, а действительно полноценные общины находятся в поселках Березовка и Тавлинка (т.е. это клан Басаргиных).
Вероучительно и идеологически часовенное согласие не однородно, изначально в их среде были распространены различные учения о мире и церкви, которые в той или иной степени сохраняются до настоящего времени. Так еще в начале 18 в. будущие часовенные делились на стариковцев и беглопоповцев (сафонтиевцев), при этом первые склонялись к безпоповской практике. К началу 19 в. на проходящих Соборах большинство склонилось к безпоповству, но при этом было сохранено поповское мировосприятие. В середине 19 в. с появлением поповцев (белокриницкой иерархии) на Урале и в Сибири началась новая волна полемики, в среде часовенных активизировалась «поповская партия», в итоге во второй половине 19 в. поповски настроенные часовенные присоединились к белокриницким, а оставшиеся сибирские и уральские беглопоповцы, не признавшие Белокриницкую иерархию, стали соединяться с часовенными и существенно увеличили их численность.
В конце 19 в. проходят Соборы на которых предприняты попытки пересмотра всей истории часовенного старообядчества, ставятся вопросы о предках: погрешали ли они когда принимали беглых никонианских попов или впали в ересь. В итоге нарушился авторитет первых отцов часовенного согласия и началось шатание, в результате многие консервативно настроенные отошли от часовенных и присоеденились к поморскому согласию (Средний Урал, Алтай, Южная Сибирь). В начале 20 в. так же довольно много часовенных ушло к странникам (скрытникам), а некоторые выделились в отдельное согласие Титовцев. Титовцы это бывшие часовенные, которые восприняли идеологию странников (духовно-чувственный антихрист, бегство от мира, отказ от паспортов и др.) при этом они утверждают, что имеют поморский корень крещения (что вполне возможно).
Похожая ситуация произошла и после 1920-х годов когда либерально настроенные часовенные присоединились к иерархии образованной от Николы Позднева (современные Новозыбковцы; Кемеровская обл. и Забайкалье), а те кто окончательно разочаровался в поисках священства остались на безпоповских позициях.
Присоединения часовенных к поморцам происходили в основном в конце 19 в., в 1920-х и 1930-х годах, а так же и в настоящее время (существуют общины почти полностью состоящие из бывших часовенных).
Одним из самых значительных духовных центров часовенного согласия в наше время являются так называемые Дубчесские скиты, которые расположены в Красноярском крае на притоке Енисея – реке Дубчес. Скиты были основаны еще в 1930-х годах, но в начале 1950-х подверглись сильному разорению, тогда кроме войск НКВД в разгроме приняла участие даже авиация. Были арестованы основные духовные руководители. Но несмотря на это Дубчес возродился.
Возрождение произошло в основном благодаря тому, что Дубчес сохранил свою привлекательность в качестве духовного центра, т.е. образца иноческой подвижнической жизни и практического начетничества. Возможно не маловажным фактором в деле восстановления Дубчесских скитов стала и активная финансовая помощь со стороны одноверной братии из Америки с конца 20 в., однако появление на Дубчесе американских староверов имело и некоторые негативные последствия, в частности усилившиеся обмирщение. По некоторым данным в настоящее время на Дубчесе проживает более пятисот иноков и послушников.
В настоящее время в среде часовенного согласия наблюдается определенный кризис, с падением общей грамотности, как рядовых прихожан, так и наставников возобновились старые и возникли новые конфликты, в том числе по вопросу Богоявленской воды (утренней и вечерней), восприятия антихриста (духовного или чувственного), и т.д. (Восприятие антихриста у часовенных очень часто можно определить как духовно-чувственное. В Восточной Сибири и Америке они в основном чувственники, часовенные-килинцы на Алтае и Кубани — духовники. Даже на Дубчесе при общепринятой чувственности восприятия, по некоторым данным, есть отдельный скит сторонников духовного понимания антихриста.)
Дубчес став духовно-вероучительным центром притяжения не смог в наше время дать необходимой богословской оценки современного положения часовенного согласия, возможно, это результат отсутствия харизматичных лидеров. Среди часовенных появилось множество «подсогласий» и «толков» (мне известно около десятка), между которыми ведется полемика вплоть до соборного отлучения.
Чувственный буквализм и косность многих часовенных старцев приводит многих ищущих и вдумчивых прихожан в вероучительный тупик и к безысходности, отсюда участившиеся переходы в последние годы не только к безпоповцам-поморцам и старообрядцам поповцам, но и к никонианам. Так на Урале именно часовенные стали в основе современного возрождения единоверия в рамках РПЦ.
Сейчас мы наблюдаем фактически умирание сельского старообрядчества. С некоторым опозданием этот процесс начался и у часовенных, для которых сельские общины являются базовыми (по мнению большинства часовенных в городах спасение невозможно), т.е. через 20-30 лет количество таких общин может сократиться в разы. Одновременно идет деградация деревни, вне зависимости от конфессиональной принадлежности. Хотя, по моему мнению, в Сибири эти процессы не столь катастрофичны. В этой ситуации часовенные поддерживают свою численность во многом за счет внутренней пополняемости людских ресурсов, так как основа часовенного староверия – это крепкие крестьянские семьи и, как правило, 5-8-10 детей. К тому же в среде часовенных обществ сильны установки следования традициям (хотя часто в ущерб познаниям веры), при этом сохраняется довольно крепкая внутриобщинная дисциплина и авторитет старших.

Определить современное количество не только самих Часовенных но и их общин не представляется возможным, в связи с позицией изоляционизма. Оценочно количество общин в пределах 350-400, исходя из этого численность «практикующих» часовенных по всему миру мы могли бы оценить в пределах 300-600 тыс. чел. При этом, как правило, в каждом регионе есть своя авторитетная община, которая может выступать инициатором или принимающей стороной в созыве местных соборов.

Современные центры в России и мире распределяются по регионам:
— Крупнейший центр на Западном Урале община в г. Перми. По зап. и Южн. Уралу ок. 30 общин.
— На Восточном Урале духовный центр в г. Ревда. Всего по Вост. Уралу ок. 40 общин
— В центральной Сибири – Дубческие скиты (Красноярский край). ок. 150? общин.

— В Туве и ближайших местах ок. 20 общин.  ведущая общ.  в Чедурылаге.
— На Дальнем Востоке, в Хабаровском крае пос. Березовый. ок. 20 общин
— В США – Орегон, г. Вудборн пос. Вифлием. ок. 20 общин
— На Аляске – городок Николаевск.
— В Латинской Америке – ок. 30 общин
— В нетрадиционных местах проживания можно отметить группы в Белгороде, Тольятти, на Кубани.

Безгодов А.А.

Опубликовано в Календаре Древлеправославной Поморской Церкви на 2010 год.

Добавить комментарий